Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма

Глава 8 Рядовая ночь Общины и что я лицезрел в ней. 2-ая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма

Я возвратился в мою комнату, как стало может быть Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма читать. Но в эту волшебную, маленькую ночь мне было предначертано выучить очередной величавый урок. Не успел я углубиться в аллейку парка, как увидел, что я в нем далековато не один.

По далеким Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма аллейкам бесшумно двигались фигуры, и когда я спросил 1-го из встретившихся мне братьев, ходившего взад и вперед по аллее, ведшей за границы парка к наиблежайшим селениям, не спится ли ему Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, как и мне, в эту ночь, он мне ответил:

- О нет, милый брат, сон мой всегда великолепен". Но сейчас моя очередь ночного дежурства; и я буду очень рад служить для тебя, если для тебя в Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма чем-либо нужна моя помощь.

- Ночное дежурство? Но зачем оно? Разве можно ожидать ночного нападения на Общину?

- Нет, противников у Общины нет, хотя животные время от времени и забегают Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма сюда. Дежурство братьев существует для того, чтоб подавать помощь людям во все часы суток, независимо от того, будут ли это часы денька либо ночи.

- Но кому же нужна помощь ночкой? - продолжал я спрашивать с удивлением Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

- Кому, - засмеялся брат. - Ты, возможно, очень не так давно в Общине. Пойдем вон к тому огоньку, куда я на данный момент провел 3-х спутников. Ты сам сможешь судить, был Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ли я прав, решив, что им нужна незамедлительная помощь, хотя на данный момент и ночь.

Огонек, на который мы пошли, казавшийся таким крошечным, оказался по сути совершенно не небольшим, но был так далековато от Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма нас, что я и принял его за небольшую лампу.

Мой спутник подвел меня к домику, три окна которого были ярко освещены. По его знаку я подошел к одному из окон Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и увидел худенькую, истощенную даму в туземном потрепанном платьице, с малышом на руках. Спиной к окну стояла женская фигура, одетая в обыденное платьице сестры Общины, и подавала путнице чашечку дымящегося молока, хлеб Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма с медом и еще какую-то еду, которой я разглядеть не мог.

В один момент сестра оборотилась лицом к окну, и я чуть сдержал вопль: кормившая злосчастную была леди Бердран. Стоявший около Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма меня брат, заметив, что я отшатнулся, решил, что я уже разглядел картину деятельности в этой комнате, взял меня за руку и осторожно, чтоб я не наступил на цветочные клумбы, перевел меня ко Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма второму светящемуся окну.

Как раз в ту минутку, как я прильнул к окну, раскрылась дверь в глубине комнаты, и я увидел старика, разумеется, только-только вышедшего из ванны, которому незнакомый мне дежурный Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма брат помогал надеть незапятнанное платьице. Брат вывел старика из глубины комнаты и усадил к столу. По манерам старика я сообразил, что он слеп, хотя глаза его были обширно открыты.

Дверь опять открылась, и молодая Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма сестра ввела мальчугана лет восьми, разумеется, только-только умытого, причесанного, и посадила его рядом со стариком за стол. Я сообразил, что мальчишка служил поводырем.

Через минутку та же сестра принесла обоим Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма странникам по пиале дымившегося супа, а брат отрезал им огромные ломти хлеба. Я издавна не лицезрел таковой алчности, с которой набросились на еду дед и мальчишка.

Мой спутник перевел меня к третьему окошку. Тут Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма посиживала дама, закутанная во вдовье покрывало. Она прочно сжимала руками собственный животик и раскачивалась из стороны в сторону, временами издавая сдерживаемый стон.

В комнате были две сестры и знакомый мне доктор. Они Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма все заботились около дамы, усиленно ей что-то разъясняли, в чем либо уверяли, чего та не могла либо не желала осознать.

- Я ее повстречал у окраины парка и вынул из петли ее Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма собственных кос, которыми она желала удавить себя. Она так отчаянно мне сопротивлялась, что я был должен позвать на помощь еще 2-ух братьев. Мы втроем еле смогли довести ее сюда. Я Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма подозреваю тут одну из бессчетных драм вдовьего положения. Не одна жизнь уже спасена Общиной из числа страдалиц нестерпимого общественного предрассудка - вдов Индии. Али и многие его друзья борются всеми силами и с Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма этой скорбью Индии. В далеких Общинах, посреди лесов, есть детские приюты, где злосчастные вдовы-матери обслуживают собственных и чужих деток. Суди сейчас сам, дорогой брат, нуждается ли в ночной помощи этот кусок мира.

Он Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма вывел меня на одну из аллей, нежно простился и вновь пошел на далекие дорожки, продолжая свое ночное дежурство. Расставшись с ним, я тормознул и стал осматриваться вокруг. Куда бы я ни Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма оборотился, сколько хватало глаз, везде я лицезрел мелкие огоньки, значение которых я сейчас отлично осознавал.

Целые рои новых мыслей зажглись во мне. Я начинал осознавать, что означает, не теряя ни Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма минутки в пустоте, "быть бдительным" и служить встречному человеку, служа в нем самой Жизни.

Я возвратился домой и опять стал читать книгу брата.

"Мы с тобой оборвали нашу беседу на том месте Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, где я охарактеризовывал твою деятельность как служение Богу в человеке, - читал я продолжение 2-ой записи, точно она была продолжением моих собственных мыслей. Это путь каждого человека, ищущего ученичества. Для ученика нет других часов Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма жизни на земле, как часы его труда; и весь его денек - это удовлетворенное дежурство, которое он несет не как долг либо подвиг, как самое обычное сотрудничество со своим Учителем.

Радостность ученика Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма приходит к нему как итог его познаний. В нем до того времени меняются все его предрассудки томных обязательств, скукотищи добродетельного поведения и нудности долга, пока сердечко не освободится от мыслей о для себя, о собственном Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма "Я".

Как станет просто, так как глаза не стали созидать через призму собственного эгоистического "Я", так ученик стал готов к более близкому сотрудничеству с Учителем.

Как ты представляешь для себя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма эту обоюдную деятельность ученика и Учителя? Думаешь ли ты, что Учитель раз в час направляет весь денек труда ученика, водя его на полотенце, как мама малыша, стараясь обучить его ходить?

Нежность внимание и любовь Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма-помощь Учителя превосходят всякую материнскую заботливость. И нрав их совсем другой, чем заботливость мамы, в какой на первом плане стоят бытовые, чисто эгоистические заботы.

Движок деятельности Учителя в его Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма охране ученика лежит в самом ученике, в его порывах чистоты. Не в том забота Учителя, чтоб предложить ученику комплекс тех либо других условных способностей и рецептов, как добиться совершенства, но в том, чтоб возбудить Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма дух его к тем делам, что нужны конкретно ему для его высшего развития. Где он мог бы сам отыскать весь тот Свет и правду, через которые смог бы осознать, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма познание не есть ни слово, ни учение. Оно - действие. Оно значит: быть и становиться, а не слушать, критиковать, принимать, что нравится, выбрасывать, что не подходит собственному предрассудочному убеждению данной минутки, и принимать частичку, не видя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма целого. Дух Учителя толкает ученика к распознаванию, к умению свободно следить за своими своими идеями.

Денек за деньком все крепчает верность ученика, если он лицезреет в каждом деле не себя, а ту Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма любовь, что идет через него. Не "Я" становится его бытом, но через меня. Он освобождается с каждым деньком от все большего количества тенденциозных мыслей, которые коренились в его "Я Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма". И его бесстрашие, бывшее ранее порывами его разума и числившееся посреди его добродетелей, становится атмосферой его денька, его обычный силой. Не имей предрассудка разъединения от Учителя только поэтому, что тебя делит с ним Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма расстояние. Расстояние существует до того времени, пока в сердечко живет предрассудок жизни одной земли. Как познание расширяет кругозор - исчезает и тень расстояния, как и тень одиночества.

Перед проясняющимся взглядом ученика не стоят горы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мусора, мешающие ему созидать Гармонию. Но Гармония не зависит ни от места, ни от храмов, у каких молятся, и сама она не храм, которым восхищаются. Гармонию познают постольку, так как носят Ее внутри Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма себя.

Через внутреннюю самодисциплину человек начинает проводить в собственный текущий денек не только лишь свое духовное творчество. Он, работая над новым осознанием, что такое "нрав", по новенькому складывает и всю свою Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма внешнюю жизнь. Если ранее он торопливо вскакивал с постели, в последнюю минутку покидая свою комнату, чтоб только поспеть к неотложным делам, и оставлял свою квартиру, как запущенное логово, - сейчас ему становится Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма понятно, что окружающая его атмосфера неотделима от него самого.

Если ранее он вел неаккуратную жизнь, оправдывая себя талантом, и воспринимал свою богему за неотъемлемую часть артистичности, то он ничем не отличался от Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма хоть какого "теософа-искателя", считающего свое наружное убожество неотъемлемым бесплатным приложением к своим исканиям, к собственной теософии.

Чем обширнее раскрывается духовный горизонт ученика, тем далее и яснее ему, сколько красы он может и должен Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма заносить в собственный быт, чтоб быть живым примером каждому, с кем столкнула его Жизнь.

Обычной денек ученика, бдительно проводимый в труде, внимании и доброте, перестают быть невеселым, сероватым буднем Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, как в задачку вошло не "находить", а "быть и становиться".

Перед очами ученика перестает разворачиваться панорама одних нагих фактов земли. Его дух льется во все и связывает раз в час лентами любви все случающееся в Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма деньке, всегда сливая в цельное единство оба трудящиеся мира: мир живого неба и мир живой земли.

Чтоб для тебя приготовить из себя то высочайшее, духовно Развитое существо, которое может Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма стать учеником, для тебя нужно осознать, принять и благословить все свои наружные происшествия.

Нужно осознать, что тело и окружение не являются плодом 1-го реального воплощения. Они всегда карма веков. И ни одно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма из наружных событий не может быть отброшено волевым приказом. Чем упорнее ты желал бы отшвырнуть со собственной дороги те либо другие свойства людей либо ряд событий, тем упорнее они пойдут за тобой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, хотя бы временно для тебя удалось их выкинуть либо от их скрыться.

Они переменят форму и опять, в какой-то момент, встанут перед тобой. Только сила любви может высвободить наружный и внутренний путь человека Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, только одна она превратит невеселый денек в счастье зияющего творчества.

Сначала духовного развития, каждому человеку кажется, что талант творчества - это выявленное вовне могущество духа. Он не воспринимает в расчет величайших неосязаемых даров Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма: смирения, чистоты, любви и радостности, если они не звучат для него как нужная земная деятельность.

Только длиннющий путь труда в неизменном распознавании приводит к целеустремленности Нескончаемого, в каждом парящем действии его Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма духовного и вещественного творчества. Порядок наружный становится обычным отражением порядка внутреннего, точно так же, как каждое обдумывание протекающего творческого порыва не может изливаться в действие денька без базы диалектического мышления.

Если архитектор Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма желает отразить порыв к победе всего собственного народа, он должен углубиться во всю его историю, должен духом прочитать невидимые странички доблести и государственной мудрости собственного народа, понять сам, в своем сердечко, вековое Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма самоотвержение народа, главные идеи, двигавшие его в целом к совершенствованию, - тогда только он сумеет поймать нотку, на которой звучит для народа его современность.

Тогда архитектор может сделать в собственной глине живой порыв, когда пережил Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в собственном сердечко всю Голгофу, всю скорбь распятия, все величие движения собственного народа по шагам исторических мук и возвышений к тому кульминационному моменту духовной мощи собственного народа, который живописец желает отразить для Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма истории.

Ни глина, ни полотно не выдержат экзамена и пары лет, если их творцы ухватили девиз и пустили его в массу как ходкий и выгодный продукт. Их произведения займут место Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма как нехорошая агитационная реклама посреди случаем выброшенного хлама.

В порывах творчества ученика, как у профессионального доктора, всегда живет меткость глаза духовного, ведущая конкретно к интуиции. Но эта интуиция, не плод крошечного Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма исследования, а синтез Мудрости, просыпающейся совсем не в этот протекающий момент; она только видимое следствие многих невидимых творческих напряжений, имя которым Любовь.

Раскрепостить внутри себя Любовь и достигнуть способности лить ее умиротворенно и просто, как Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма доброту, во все дела и встречи нельзя интеллектуальным напряжением. Свободно следя свои порывы, неустойчивость, скепсис либо алчность, можно только прокладывать маленькие тропки, по которым с течением времени двинется сила, как кровообращение Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма нового организма.

Что такое ученичество? Только, путь освобождения. Можно ли считать ученичеством жизнь, если в ней нет основ мира? Такового ученичества быть не может. Сколько бы, какими бы способами ни находил человек Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма Учителя, он его не может отыскать, если все его миропонимание много легкомыслия и если он наивно ждет, что у него снутри что-то само по себе поменяется, откроется, лопнет, как Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма гнойный нарыв, либо, напротив, расцветет махровым цветом.

Наискучнейшие "искатели" - это те, вечно оглядывающиеся вспять и ищущие в реальном оправдания либо доказательства тех бредней, что снились им в юности. Величайший из путей труда - путь освобождения Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

Нет ни 1-го мгновения, которое могло бы выпасть из цепи звеньев кармы, без самой величайшей обязанности человека: подобрать его немедля, ибо оно всегда клич Вечности, всегда ведет к освобождению, вроде бы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ни казалось оно ветреному человеку маловажным.

В ученике, оценившем путь не только лишь собственный, да и каждого другого, другими словами понявшем значимость воплощения, неприемлимо легкомыслие. Это не означает, что нужно двигаться по земле Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма с принципиальной физиономией выполняющего "цель" и не умеющего смеяться существа. Это означает в каждое мгновенье знать ценность парящего "на данный момент" и уметь его творчески принимать и отдавать.

Плоть и дух, как Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма нераздельные клеточки, не могут соединять небо и землю по другому, как развиваясь параллельно. И чем больше развязывается мешок духа, тем обширнее освобождаются клеточки тела для впитывания в организм светоносной солнечной Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма материи.

Погибель для очищенного организма - только порыв движения величайшей радости.

Погибель для человека, всю жизнь развязывавшего мешок предрассудков, - крестный путь очищения, хотя бы человек был очень неплохим и хорошим в собственной филистерской Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма жизни.

Быт, с его условностями, в большинстве случаев прячет собой те стенки предрассудков, о которые разбивает для себя лоб умирающий. 1-ая из заповедей твоего ученического поведения должна состоять в легкости денька как сложного конгломерата Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма духовного единения с живой жизнью каждого встречного земли. Тебе "денек" - это всегда и во всем роль тех невидимых помощников, что окружают тебя, вне зависимости от места, времени и расстояния, во Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма всех твоих делах и встречах. Ты никогда не один, ты всегда трудишься с ними.

Пока в ученике не разовьются его психологические чувства, дающие ему возможность ясно чувствовать присутствие больших сил, верность его должна вырасти в Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма гигантскую любовь. Любовь, к кому бы она ни была - к Богу, к Учителю, к возлюбленному святому - только тогда приведет к вожделенному слиянию с теми, кому поклоняются и кого зовут Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, когда перейдет в служение видимым окружающим людям, которым ученик научается нести поклон любви.

Путь ученичества для всех один: если злосчастные стучатся в твою дверь - ты на правильном пути".

Тут 2-ая запись обрывалась.

Я невольно закрыл Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма лицо руками и опустился в величавые мысли, которые читал. Боже мой! Как далек я был от всех тех шагов зрелого духа, о которых на данный момент читал. Я невольно стал мыслить о Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма дорогом брате-отце, двадцатичетырехлетнем юноше, офицере, практически раз в день участвовавшем в стычках с горцами, повсевременно жившем под опасностью ранения либо погибели, всегда имевшем для крошки брата-сына нежность и нежную, размеренную Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ухмылку.

Я вспоминал это неизменное спокойствие брата Николая, передумывая заного всю жизнь его. И жизнь эта казалась мне сейчас подвигом. Я не мог вспомнить ни 1-го дамского вида, пересекавшего актуальную дорогу Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма брата Николая, а он ведь был неоспоримым красавчиком.

Сейчас я заного сообразил его горестное, до неузнаваемости изменившееся лицо, когда я лицезрел впервой, в аллее в К., Наль. Я сообразил и выражение муки во Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма всей его фигуре в саду Али перед пиром. Я вспомнил и другого избранника духовного пути - Али-молодого. Слезы лились из моих глаз, но то были не слезы, оплакивавшие смертные муки дорогих мне Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма людей, а слезы благоговения перед величием того, что только может вынести дух человека и каким примером зияющей помощи может стать таковой человек. Моя идея, мое сердечко преклонились перед всеми, кого я повстречал Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма за ближайшее время. Я не мог отыскать достаточной благодарности для И. и Франциска, я повторял 1-ые слова записи брата Николая, "Слава Тем, Кто довел меня ранее величавого момента моей жизни. Слава тем Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, кто, как и я, дойдет до него".

Я ощутил, что Эта теребит меня за рукав, поднял мою волшебную птичку, прильнул к его головке и не мог сдержать слез. Эта окутал крыльями мою Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма голову, точно делил мои слезы и утешал меня, и так застал нас И., вошедший в комнату.

Рука моего дорогого Учителя и друга лаского легла на мою голову и неповторимо нежный глас Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ободрял меня:

- О чем все-таки ты плачешь, мой милый друг? Ведь то, что там прочитано и так потрясает тебя в пути дорогих для тебя людей и больших друзей, оно только Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма для тебя кажется героизмом отречения. Для их же оно - героика творчества и созидания, героика величайшей, непобедимой творческой силы: Радости. Запомни то, что я для тебя скажу на данный момент, и постарайся Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ввести мои слова как действие, как заповедь в твою новейшую жизнь. Нам с тобой приходилось уже не раз гласить о слезах. И я всякий раз разъяснял для тебя, что слезы, всякие слезы, расслабляют человека Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Ты же, вступив на путь освобождения, взял на себя отрадную деятельность становиться силой слабенькому, утешением горестному и помощью безвыходному. Не задавайся на данный момент задачей одолеть слезы волевым давлением на себя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Но всякий раз, когда слеза готова скатиться с твоих глаз, подымайся духом выше и вспоминай о всех злосчастных, которых в мире - и без твоих слез - настолько не мало. Настолько не мало Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма рыдающих во вселенной, что ученик должен осушать их слезы, а не наращивать их потоки.

Как идея твоя подымется выше твоих эгоистических мыслей, ты узреешь, что всякая слеза - всегда слеза о для себя, вроде бы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ты ее ни расценивал. В твоем теперешнем положении, когда ты и слышишь глас Безмолвия, и видишь образы дорогих для тебя людей независимо от места и расстояния, любая твоя слеза разламывает какой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма-нибудь из числа тех мостов, по которым идет твое общение с ними. Начинай собственный денек благословенной радостью жить очередной денек на земле, очередной раз имея возможность поклониться Богу в человеке и посодействовать Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ему. Чем выше идет твое собственное раскрепощение, тем яснее самому, как легок мог бы быть путь человека и какою каторгой он делает себе собственный денек, а часто и для собственных ближних. В окружающей Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма тебя в эти деньки семье людей, где ты раскован от всех хлопот быта, от всех его условностей, созревай, друг, для тех лет, когда будешь брошен во все напряжение человечьих страстей. Только Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма сейчас ты можешь в полном спокойствии развивать все свое самообладание. Очень немногим дается это счастье: складываться мозгом, сердечком и нравом посреди людей, лишенных эгоизма. Все твои встречи тут - это встречи старенькых Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и новых карм. И чтоб не упустить ни 1-го звена, которые подаются для тебя любящими и заботящимися о для тебя, у тебя остается одна задачка: не лить слез, которые темнят глаза духа, но Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма лить удовлетворенность, которая помогает каждому существу, пройдя мимо тебя, всколыхнуть внутри себя красоту, а не угнетение. Возьми Эта, мы пойдем с тобой купаться и не вернемся сюда, навестим Франциска. Мне нужно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма переговорить с ним о многом и, главное, выяснить, отпустит ли он меня на данный момент в далекие Общины, куда меня напористо зовут, А меж тем и тут много дела и без меня Франциску Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма будет тяжело. Врубись, мой милый, в сеть интересов нашего общего дела и забудь о способности рыдать, хотя бы и благоговея перед героизмом других. То, что сейчас для тебя кажется недостижимым героизмом, то завтра Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма становится просто сложным, а послезавтра - не сложным. И задачка денька не в самой героике эмоций, а в том, а чтоб все, чего ты достигаешь, не казалось для тебя достигнутым через Голгофу Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, а достигалось просто, отрадно, просто. Сейчас у тебя будет много труда. Ты спал ли ночь? - спросил И., внимательно смотря на меня.

Я сказал ему, как провел ночь, что лицезрел и как Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма был поражен, лицезрев леди Бердран на ночном дежурстве.

- И снова, дорогой И., я увидел, как незрелы мои осознания, как я слеп, судя о людях, как я ничего не распознаю посреди окружающей меня жизни.

- У каждого Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма собственный путь, Левушка. Может быть, тыщи и тыщи желали бы перемениться с тобой ролями. Но сцена театра жизни подчинена законам вселенной, и роли в этом театре не могут быть розданы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма по личному расположению директора либо его режиссеров. Высшая режиссура приводит каждого к его мировому станку труда. Как каждый будет работать на нем, это персональная неповторимость. И сколько бы ролей ни набрал человек, творить он Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма будет исключительно в той, где смог достигнуть гармонии.

После купанья мы пошли в поликлинику к сестре Александре. Впервой я был в поликлинике так рано. Картина, которую я увидел, меня умилила Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. В большой столовой за детскими столами я увидел много выздоравливающих деток, обслуживаемых тоже детками постарше и молодыми сестрами, и опять поставил для себя в укор, что до сего времени не знал ни Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма размеров поликлиники, ни пределов ее помощи популяции.

Многие из малышей восхищенно приветствовали И., и снова я не знал, когда и где они могли познакомиться с ним. Лилипуты, не поддаваясь никакой дисциплине, кинулись к И Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. и повисли на нем, как виноград. Из далекого угла прямо к нам шел Франциск и провел нас, со всеми нашими карликовыми ношами, к собственному столу, где и усадил нас, бережно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма предложив нам пищу. Завтрак тут состоял из прохладных вегетарианских блюд, но каждый мог, если желал, получить и жаркий суп, и картофель, не считая всем полагавшихся фруктов.

Франциск, как и всегда при встрече со мной Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, длительно не выпуская моей руки из собственной, лаского улыбался.

- Так, так, Левушка, расти, красавчик, расти. Скоро узреешь жизнь злосчастных, накапливай удовлетворенность, чтоб их облить ею. Таких узреешь злосчастных, о существовании которых Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма до сего времени и не знал. Пора, пора для тебя мужать. Не волнуйся. И., бери их всех и поезжай. Тут мне посодействуют. Флорентиец скоро пришлет сюда кое-кого.

Ассистенты мне будут.

- Ты Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма всегда готов взять всякую ношу, Франциск. Но позволяет ли для тебя твое здоровье на данный момент настолько не мало трудиться? Ты время от времени забываешь, что Флорентиец воспретил для тебя без дневного Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма отдыха нести дежурство.

- Не волнуйся, друг. Я провожу часто три часа в денек за книжками, и это составляет таковой отдых, что меня хватает даже на ночной обход. Сейчас у меня была Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма величавая встреча. О, как я был счастлив, что мог спасти загнанную судьбой нищенку от верной смерти! Злосчастная уже приготовилась утопить собственного новорожденного малыша и последовать за ним сама. На данный момент и мама Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, и ребенок радуются жизни, и я уверен, что этот ребенок будет огромным человеком. - Франциск весь светился. Любовь так и лилась из него. Лицо, которое не загорало ни под каким солнцем Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, практически прозрачное, с розовыми пятнами на щеках, это лицо выделялось не только лишь собственной белизной посреди загорелых и смуглых лиц. Оно выделилось бы и из тыщи белоснежных лиц, такая высочайшая сила духовности озаряла все Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма черты этого лица.

Снова я наглядно увидел, что такое Любовь, и вспомнил не так давно произнесенные мне И. слова: "Ты думаешь, что высочайшее поведение людей - это героика отречения. Для их Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма же оно - героика творчества и созидания, героика величайшей, непобедимой творческой силы: Радости".

На живом примере я лицезрел на данный момент эти слова И., и двоякое чувство заполняло меня. С одной стороны, я сознавал Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма недосягаемость себе на данный момент схожей психики; с другой сторону, я все таки продолжал мыслить, что человек приходит к такому состоянию любви только через ряд отречений.

Точно подслушав мои мысли, Франциск положил на мое Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма плечо руку и заглянул в глаза:

- Двенадцать было апостолов у Христа. Но один Иоанн шел методом беззаветной любви.

Все другие шли способами самыми различными. И если у каждого из их была Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма своя Голгофа, то только поэтому, что сила их страстей должна была развернуться в непобедимость и полное бесстрашие, верность и уверенность. Я уже гласил для тебя, что знамение креста - это сочетание 4 блаженств: блаженства Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма любви, блаженства мира, блаженства радости и блаженства бесстрашия. Эти развитые до конца нюансы любви в человеке приводят каждого к гармонии. И, чтоб войти и утвердиться в гармонии, каждый идет своим методом Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Но придет к этому результату только тот, кто отыскал удовлетворенность в пути совершенствования. Жизнь, вся жизнь вселенной - всегда утверждение. Строить можно только утверждая. Кто же не может научиться в собственной жизни обычного денька Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, в собственных обстоятельствах, радости утверждения, тот не может стать светом на пути для других. Но, Левушка, нельзя примерять крест жизни другого. По своим плечам придется только один: собственный свой. На Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма данный момент для тебя кажется неосуществимым мой путь. Поверь, что таким же неосуществимым мне кажется твой. Я не могу для себя вообразить, как это я сел бы писать какой-нибудь роман либо повесть Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. И, признавая все величие пути писателя, изобретателя и т.д., я не могу даже и представить для себя, как я мог бы идти одним из этих путей. Не считая хохота, я бы ничего не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма вызвал. Еще меньше я могу вообразить себя в роли Бронского либо Аннинова, хотя на для себя испытал не раз, какая чудная сила - талант артиста и как результативно его воздействие. Талант может одномоментно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма просветлить всего человека, тогда как другие пути духовного воздействия требуют долгого тщательного труда. Да что находить сравнительных примеров. Если б мне пришлось вести жизнь и труд нашего общего друг И., я Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма бы не мог его нести, потому что не мог бы скитаться посреди толп народа и погиб бы, не принеся никому ни полезности, ни радости. Крест, который несут плечи человека по его Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма обычным денькам, всегда легок. Но зрение человека так засорено, что заместо гармонии, в какой он должен творить и которою должен облегчать жизнь всех рядом идущих, человек сам же вбивает гвозди страстей в свой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма крест. И заместо 4 блаженств натыкается на торчащие в кресте гвозди, причиняя для себя Рваные раны. На данный момент мы пойдем ко мне. Я дам для тебя несколько писем к моим друзьям, живущим Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма на данный момент в Далеких Общинах. Передавая им мои письма, присматривайся к ним. Может быть, для тебя не станет казаться таким ужасным делом существование человека, затерянного в безвестном куске мира, лишенного гулкой арены Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма деятельности.

Мы двинулись в комнату Франциска, и я не мог отвертеться от удивления, как мог Франциск так метко и правдиво разобраться в моих чувствах и идей.

Вправду, я часто думал о жизни Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма людей, которых встречал тут, людей высокообразованных и профессиональных, живших безвыездно в отдаленных селениях.

Еще почаще во мне мерцало нечто вроде тоски, когда я представлял для себя тыщи людей, не покидавших никогда Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма собственных глухих селений, из поколения в поколение довольствовавшихся умеренной толикой жизни в унаследованном от дедов труде и домах.

И все эти мои мысли подсмотрел Франциск и, точно пепел, разворошил их Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма на данный момент во мне кочергой собственной любви.

Когда мы вошли в комнату, 1-ое, что сделал Франциск, - поднял крышку собственного мраморного стола, и я увидел под нею волшебную высшую вазу, как мне показалось Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма поначалу. Но то была чаша из красноватого камня, точно рубиновая, и в ней, переливаясь всеми цветами, бурлила жидкость.

Сейчас я сообразил, что то был алтарь. И алтарь Франциска не был похож ни Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма на один из алтарей, которые мне приходилось до сего времени созидать.

Красноватая высочайшая большая чаша стояла посредине, а за нею полукругом стояли чаши еще меньше, самых различных цветов. Поначалу мне показалось, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма чаш сильно много. Но присмотревшись, я увидел, что не считая красноватой, чаш было еще 6.

Три из их стояли справа и три - слева.

Белоснежная, голубая, зеленоватая стояли слева, потом некое расстояние - и чаши желтоватая, оранжевая Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и фиолетовая, все различных форм и огранки, окружали красноватую чашу. Из каждой чаши подымался маленький огонек того же цвета, как была сама чаша.

Я перенесся идеями в оранжевый домик, где стоял не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма так давно перед таким же алтарем.

Франциск прикоснулся обеими руками к красноватой чаше, ее пламя вспыхнуло ярче, и я услышал его шепот: "Да будут руки мои и дух мой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма чисты, как чисто пламя Твое, когда буду писать клич Твой слугам Твоим".

Постояв минутку в сосредоточенности, он подошел к письменному столу, достал бумагу и стал писать. Как и все люди, я нередко Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма лицезрел, как пишут другие. Лицезрел я и рассеянных, как я сам, и сконцентрированно внимательных людей пишущими. Но лиц и фигур, схожих Франциску за его письменным столом, я не видал ни ранее часа Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, ни во всю мою последующую жизнь никогда.

Кроме того, что он, казалось, запамятовал обо всем и обо всех, его лицо всегда меняло выражение. И так ясна была мимика этого красивого лица, что я Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма будто бы бы сам лицезрел, кому он пишет, и осознавал, о чем он пишет.

Я был так увлечен созерцанием Франциска и его труда, что даже не увидел, когда И. вышел из комнаты. Предо Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мной шел точно личный разговор Франциска с его корреспондентами. Проходила целая череда лиц. А письма скопились целой стопкой, и мне казалось, что это не конверты сложены на столе, а куски Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма души Франциска, которую он разрывал и запечатывал в их.

Но вот он в особенности углубился, склонился над бумагой, писал медлительнее других писем, точно лучи падали от его пальцев на строчки письма, и мне чудилось, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма я вижу женскую фигуру, с отчаянием прижимную к для себя мальчугана лет 7.

Иллюзия была так ярка, что я желал уже выйти из комнаты, чтоб не мешать даме гласить с Франциском наедине Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, как он поглядел на меня и произнес:

- Обучайся обладать местом. Я всегда присоединяю тебя к моему труду, чтоб для тебя легче было передать мою помощь всем моим друзьям и присоединить к Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ней к тому же твою свою любовь.

Сейчас я сообразил, что образы, которые мне казались плодами моей фантазии, были по сути плодами любви Франциска, включавшего меня в свою идея.

Закончив последнее письмо Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, он задумался, опустился в неразговорчивую молитву, встал, взял в руки письмо и подошел с ним к алтарю. Тут он погрузился на колени, положил письмо на огнь чаши, окутал ее обеими руками Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, прислонился к ней лбом и застыл в экстазе молитвы.

Я был потрясен силой, энергией, каким-то вызовом и требованием, которые исходили из всего существа Франциска. И я тоже погрузился на колени, потрясенный стазом любви и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма самоотвержения моего друга, в собственной молитве забывшего обо всем, не считая того существа, о помощи которому он молил ведомые ему высшие существа.

Как пламенное пламя пробежало по мне сочувствие Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма к той, о ком молился Франциск. И впервой в жизни я сообразил глубокую силу и реальный смысл молитвы.

Как умел и мог, я тоже молился о чистоте моих рук и сердца, чтоб быть способен Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма передать письма Франциска и не засорить их мутью своей беспомощности и страстей. Много усилий я был должен сделать над собой, чтоб слеза умиления и преклонения перед самоотвержением моего друга и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма его даже тяжело переносимой доброты не скатилась по моим щекам.

Сердечко мое расширилось, я снова пережил слова Али моему брату о нищенствующем Боге, которому нужно служить в человеке, и снова тормознул в бессилии Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма перед барьером, где светились слова: "Быть и становиться".

Я лицезрел на данный момент 1-го из числа тех, кому уже не нужно было "становиться", но кто был воплощенной добротой. Франциск встал с колен Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и подозвал меня к для себя. Когда я подошел и стал рядом с ним у алтаря, он произнес мне:

- Если ученик вошел в общение с одним Учителем, он вошел в общение со всеми ими Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

Перед взглядом Тех, Кто просветлел, не может быть разъединяющих пелен. В этот миг Учитель луча Любви дает для тебя поручение, передаваемое для тебя мною. Внимай всей чистотой сердца и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма осознай, как все связано во вселенной, как везде идет радиальная порука. Минутку вспять ты не знал о существовании целого ряда людей. На данный момент они тебе самые близкие и священные друзья, ибо несешь им Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма помощь в их страданиях.

Я вложу в этот конверт кусок хитона 1-го из чистейших и любвеобильных созданий. Если сумеешь сохранить в сердечко Свет и благоговение, с которым стоишь на данный Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма момент у алтаря, в ту минутку, когда будешь подавать это письмо, оботри сам малыша этой мамы, которой я пишу, тем куском хитона, что я вкладываю в конверт. Если же почувствуешь, что ты рассеялся, что образ Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мой не пылает перед твоим духовным взглядом, отдай мамы, пусть сама оботрет им лицо собственного отпрыска.

Постигни в эту минутку, что служение ближнему - это не порыв доброты, в какой ты Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма готов все пораздавать, а позже мыслить, где бы самому промыслить чего-нибудть из отданного для собственных первейших нужд. Это вся линия поведения, весь труд денька, соединенный и пропитанный радостью жить. Оцени эту удовлетворенность Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма жить не для созерцания Мудрости, не для познания и восторгов любви в нем, не для прославления Бога как верхушки счастья, но как обычное осознание: все связано, нельзя отъединиться ни от Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма 1-го человека, не только лишь от всей совокупы собственных событий. Ценность ряда прожитых дней измеряется единственной валютой: где и сколько ты выткал за денек нитей любви, где и как ты смог их закрепить и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма чем ты связал закрепляющие узлы. Сохрани в памяти эту минутку и укрепись в нити труда со мною, а, как следует, и с моим Учителем, Учителем Любви, чье имя Иисус. Мой узел нашей с Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма тобою нити труда я скрепляю всей любовью и чистотой, что живут в моем сердечко. Прими мои письма у алтаря любви и пронеси их в той гармонии, какою ты на данный момент Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма полон. Та помощь, что подана просто и отрадно, всегда добивается цели.

Человек проходит в высшую ступень, и во вселенной все светлое гласит: "Очередной шаг пройден нами". Ибо, как я уже Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма для тебя произнес, все едино, все связано, ничто не может быть выброшено из встреч жизни, хотя бы само оно и не подразумевало о собственной связанности со всей единой Жизнью.

Франциск вложил лоскуток в конверт, поднес Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма к своим губам письмо, что лежало на чаше и не сгорело от ее кипевшей как огнь воды, перекрестился им, говоря про себя: "Блаженство Любви, блаженство Мира, блаженство Радости, блаженство Бесстрашия Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, летите Гармонией моей верности и влейтесь в сердечко существа, о котором молю тебя. Учитель, друг и ассистент Света и Любви".

Пламя в чаше вспыхнуло. Франциск, а за ним и я, снова преклонили колена Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма перед алтарем, и он опустил крышку стола.

Передав мне целую пачку писем, - некие из их состояли из нескольких слов, - он завернул их в прекрасный шелковый платок, напомнивший мне голубий платок Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма сэра Уоми, только платок Франциска был мягенького красного цвета.

Невольная ассоциация всколыхнула во мне воспоминание об этом расчудесном человеке, и я спросил Франциска, знает ли он сэра Уоми.

- Знаю, знаю, дружок Левушка Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, а вот Хаву не знаю, не лицезрел. Как ты думаешь, ужаснулся бы я ее черноты? - Франциск забавно хохотал, глаза его поблескивали юмором.

- Мне на данный момент очень постыдно, Франциск, но вынужден огласить, что я был Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма так испуган при встрече с ней, что до сего времени помню мои тогдашние чувства. Сейчас, когда я длительно пробыл посреди людей, чувства и силы которых не знают ни ужаса, ни раздражения, я Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и сам поменялся, и многие прежние мои понятия уже не есть.

Ранее я не мог даже осознать, не только лишь перелить в действие, что каждый встречный - мой Единый. Я не осознавал, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма совсем не принципиально, каковой Единый в нем, а принципиально, как мой, во мне живущий Единый приветствует божественный огнь во встречном. Сейчас же я не могу для себя представить, как Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма можно повстречать в человеке одни его личные свойства, а не огнь Единой Жизни. Я стал сейчас осознавать и другое, о чем мне нередко гласил И., что здравый смысл земли и такт самого человека Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма составляют неотъемлемые приспособления, без которых нереально нести свое дежурство и уметь передать помощь Учителя людям. Мне совсем на данный момент ясно, что знать - это означает уметь. В эту минутку во мне пропала Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма какая-то часть помехи к тому, чтоб "быть и становиться".

- Это очень и очень большой шаг, Левушка, в духовном росте человека. Раз либо два каждый человек может поступить по-ангельски, и это, естественно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, много. Но не эти поступки составляют путь освобождения, а только обычный трудовой денек. Когда будешь передавать мое письмо старцу Старанде, - пристально присматривайся к нему. И не только лишь к нему одному, да Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и ко всем тем старикам, которые живут с ним в одном доме. Весь этот уединенный большой дом заполнен людьми, всю жизнь усердно искавшими Бога и путей Его. Но ни у 1-го из Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма их не было и нет до сего времени ни чувства такта, ни осознания настоящей красы. Всю жизнь их духовные искания были в противоречии с их действиями. Все они без исключения добры, готовы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма были дать последнее, что имели, и все таки ничего, не считая раздражения, не умели посеять вокруг себя. Даже пройдя через многие мучения и добившись приезда в Общину, они и тут не могут Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма быть гармоничны, и тут их ауры вечно дрожат вспыхивающими огнями и нарушают мир в хоть какой атмосфере, куда бы ни попали.

Для неких из их, а именно для Старанды, уже безвыходно достигнуть в Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма этом воплощении такта и развитого чувства красы. В нем застарело и по старости одеревенело его самоутверждение. В него как ржавчина въелось представление, что прав только он один, а другие судят поверхностно о Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма величавых правдах. Он считает, что если он сообразил слова Учителя конкретно так, по-своему, то правда тут-то и есть. И когда ты видишь и знаешь, что он сообразил Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма все наизнанку, - то все равно остаешься бессильным ему разъяснить, так как нудная одеревенелость его самости принуждает его молчком тебя слушать и про себя мыслить: "Хорошо, гласи, я сам знаю, что мне необходимо и как мне Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма лучше". Знакомясь с этими людьми, будь бдителен.

Распознай яснее, что такое утверждение жизни внутри себя и вокруг, утверждение ее качеств внутри себя и вокруг, и что такое перекрасившийся в организме Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма эгоизм, принявший глуповатую и упорную форму самоутверждения. Таковой человек, не споря с тобой, типо избегая внести раздражение, типо оберегая твой дом либо встречу, того не лицезреет, что уже ранее встречи с Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма тобой тебя осудил, уже вперед знает, что ты поступишь не так, как следует по его высокому осознанию. Он и до встречи с тобой, молясь о для тебя, просил собственного Бога "просветить" тебя. Но попытаться Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма развернуть из собственного сердца луч удовлетворенной любви, собрать свои мысли в пучок Света и кинуть их для тебя под ноги, как ковер любви, он не помыслил. Если с тобой случилось Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма несчастье либо большая проблема, он произнесет со вздохом: "Видно, ты так заслужил", но не прильнет всею большой любовью к твоим ногам, чтоб принести для тебя в дар хотя бы свое утешающее слово Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, что ему дал подсказку такт, если не имеет драгоценного масла соболезнования, чтоб омыть твое горе либо беду и посодействовать для тебя их перенести. Если он вызвал тебя на раздражение, если он раздражает Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма для тебя своими нетактичными просьбами, нередко выпрашивая у тебя нужные для тебя вещи, и сам несет их другим, благотворя им за твой счет, то все таки вся его благодарность для тебя выразится Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в том, что он произнесет для тебя: "Нас будто бы Учитель учит другому, а ты вот раздражаешься". Сам же опять-таки не усвоит, что сердечко его похоже на сухую губку и он не может внести Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мира, так как никого не любит сам, да навряд ли когда и обожал, хотя, непременно, задумывался, что любит. Нередко эти люди бывали много и жарко любимы. Но их внутренняя сухость под Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма наружной ласковостью отдаляла от их всех. Все их друзья уходили в погибель либо отходили в глубочайшем разочаровании. Люди эти оставались в полном одиночестве и все таки не могли осознать собственной большой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма виновности перед Жизнью. Но любой из их имеет и свои огромные награды, а поэтому эти люди наши. Сама Жизнь находит методы дать им возможность долголетия, чтоб они имели время скинуть с себя предрассудок наружного Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма смирения, под которым живет большая гордость. Жизнь ожидает, давая время их старенькой иссохшей губке сердца заполниться вновь любовью, чистой и удовлетворенной. И время от времени она успевает в этом Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

И старец достигает полного переворота внутри себя, добивается настоящего смирения, которое помогает ему просто нести денек лишений. Самое грустное в этих людях - их непримиримость. Всю жизнь они жаждут подвига. В их мозгу нередко Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма шевелится идея: "Пострадать". Но когда им приходится переносить лишения холода и голода, они переносят их в высшей степени тяжело. Тут выявляется, как не много нажил в духе собственном реального героизма человек, всю жизнь стремившийся Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма к подвигу и отказывавший для себя в мясе и рыбе. А когда установилась пора без мысли о "подвиге" вегетарианства просто перенести то, что переносит большая часть людей-бедняков всю Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма жизнь, у их не хватает силы даже улыбнуться такому пустяку, как наружные лишения. Приглядись, Левушка, и вынеси урок не для полезности психического анализа грядущего писателя, а для широчайшего раскрытия любви и соболезнования, для радости Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма познания: как труден каждому его путь освобождения и как нельзя судить человека, но можно только обучаться у него, раскрывая себе свои немалые пороки и беспомощности. Ранее, чем передать каждому из моих Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма адресатов письмо, приготовь всего себя к этому священному поручению. Вспомни, как мы вкупе с тобой стояли у пылающей чаши любви, и, ранее, чем подать письмо, омой руки и сердечко в ее огне Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Иди, дружок. До твоего отъезда мы больше с тобой не увидимся. Но на уровне мыслей я буду с тобой везде.

Франциск поцеловал меня и добавил, чтоб я шел домой один, а И Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. придет, когда кончит дела, чтоб я о нем не волновался.

Я вышел с местности поликлиники, нагруженный драгоценными письмами. Впервой я получил поручение от человека, так высоко превосходившего меня своим духом. Я на Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма уровне мыслей приник к Флорентийцу, прося его посодействовать мне выполнить эту задачку в самом большом самообладании, такте и любви. Я нес мой сверток как святыню, и мне не хотелось никого созидать, ни с Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма кем гласить. Я избрал самые уединенные тропки и пришел в свою комнату, никем не увиденный.

Спрятав пакет Франциска, я сел читать записную книгу брата. Мой растревоженный дух не мог сходу перейти к Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма делам земли. Я был должен придти к полному равновесию и самообладанию, и записная книга брата Николая была как раз ключом к ним.

Глава 9. 3-я запись брата Николая

В нашей последней беседе мы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма с тобой гласили о путях ученичества, о том, что нет путей легких, что улучшение дается человеку всегда и во всех областях творчества огромным трудом. И чем выше подымается человек в собственном творчестве Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, чем обширнее становится его горизонт, чем далее он лицезреет путь и возможность заслуги, тем яснее сознает и беспредельность совершенства, и малую степень достигнутого им самим.

Это присуще всем поистине одаренным. Всем творящим, а не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма "мастерящим", всем вдохновенным, а не вертящимся в вихре неверной экзожерации и старающимся выдать свою кустарщину духа, плоти и расчета, горящую пафосом, за настоящее творчество огня вдохновения.

Но, посреди всех тяжелых путей Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ученичества, есть три пути, в каких трудности так значительны, что идти ими могут только те избранники, что стоят сами уже на грани совершенства.

1-ый из этих путей - путь любви.

2-ой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, - путь скорби и 3-ий, - путь ясновидения, Я вижу на твоем лице величавое изумление. Для тебя кажется, что конкретно эти пути, свидетельствующие о высочайшей ступени духовного совершенства, должны быть легче других. На данный момент ты усвоишь Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, в чем особенная трудность каждого из этих путей и что должен одолеть внутри себя каждый человек, чтоб идти ими.

Путь любви - в том смысле, как его представляют для себя люди, - не существует Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

Человек, воображающий, что он сообразил, что такое любовь, сообразил только одно: Милосердие нескончаемо, пощада не знает предела и отказа, а поэтому за все, им содеянное, он получит индульгенцию не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма только лишь от папы Римского, да и полное всепрощение от живых небес. Мещанин не прекращает собственных надежд на то, что его "отмолят" те святые, к которым он привык прибегать в собственных молитвах. Но что такое Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма молитва, как приготовить себя к ней, об этом он не только лишь не задумывался, но даже и не подразумевал этой необходимости.

Он отлично знает, как следует приготовить себя к Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма еде, ко сну, к суровому разговору, но к молитве отношение одно: поспешный крест, еще больше поспешное бормотание либо звучное рыдание и длительное бормотание и... выполнен нужный для "святого" обряд.

У мещанина представление о людях, идущих Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма методом любви, сводится к требовательности к ним. Без всякого стеснения люди идут к ученикам, вываливают им весь короб собственного мусора, вроде слез от обиженного самолюбия, ссор, недочета средств и т Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.д., и бывают очень обижены, если встречают не распростертые объятия и поглаживание по голове, а спокойное отношение к их периоду сумятицы.

Они ведь пришли туда, где их должны слушать и утешить! Находясь на ступени Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма само- а не человеколюбия, они и представить для себя не могут, что прочитал в их ученик, уже издавна перешедший из ступени самолюбия в настоящее человеколюбие. Не видя сами, не сознавая Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма внутри себя и утратив чувствительность к той мути мертвящего потока эгоизма, который живет в их и вокруг их и который они втащили в жилье ученика, люди глубоко убеждены в собственной правоте Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и уходят раздраженными, уколотыми в собственной гордости за ту типо холодность, которую они повстречали в ответ на свою "откровенность" в жалобах и стонах.

Любой из учеников, идущих методом любви, натыкается 10-ки раз в Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма собственном трудовом деньке конкретно на эти встречи. Как драгоценные перлы посреди навозной кучи, находит он случаи настоящего горя, где всею своею любовью торопится высвободить и раскрыть человеку его собственные глаза на Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма сокровища его живой Любви, им внутри себя носимой.

Ученик пути любви - это незапятнанный, стоящий у грани совершенства, который одолел внутри себя все страсти. Это тот, в ком уже нет его личных свойств Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и плюсов, но в ком оживились и движутся все нюансы его Одного. Таковой ученик, так как в нем движутся все нюансы Одного, уже не только лишь единица всей вселенной. Он - единица Нескончаемого Движения, очищенная Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма от самолюбия и несущая на землю удовлетворенность 1-го человеколюбия.

Как ты представляешь для себя, друг, какой стойкости должна быть гармония такового существа? Что за силу должен нести внутри себя таковой ученик, чтоб Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма выносить ежесекундные удары встречных аур и не разбиваться от дисгармонии встреч?

Силы воли таковой нет. Есть только одна сила: неразрывное слияние со всей Единой Жизнью. И потому что у ученика на пути Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма любви уже побеждено все от самолюбия и пылает немигающим огнем все от человеколюбия, то никакие удары и наскоки эгоистических аур не могут разбить его гармонии. Дух его - огнь. И не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма только лишь потушить, вынудить померкнуть, но даже колыхнуть его пламя не могут все усилия злых, вся муть и жалобы ищущих земных благ и благополучия, но утверждающих, что отыскивают Света и путей его.

Такой дух Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ученика Любви. Но плоть его - живущая по законам земли скорлупа - часто бывает раздроблена, мучается тяжкими заболеваниями, вбирая в себя злостные и раздраженные огни встречных.

Посреди всех ученических путей есть много случаев болезней плоти Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Посреди пути любви они почаще. Только немногие люди, в особенности приготовленные властелинами карм для задач служения населению земли в течение веков, могут держать в послушании плоть и проходят собственный урок векового труда Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в полном здоровьи. Но они и по другому воспитываемы и оберегаемы высшими методами познаний, которых для тебя в эту минутку твоего развития не осознать.

Итак, на данный момент для тебя ясно, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма путь любви - это не слащавое коленопреклонение перед теми либо другими грехами либо неудачами людей. Не утешение леденцами рыдающих малышей. Но величавая миссия помощи раскрывания в каждом из встречных его страстных пелен, окутывающих Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма запятанными и сумрачными пластами живы частички Одного, в человеке живущего.

Путь любви был бы нестерпимой пыткой и приводил бы к моментальной погибели каждого ученика, если б в самом ученике Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма могла еще жить хоть капля эгоистического "Я".

Но уста любящего раскрываются ухмылкой милосердия везде, где он мог вобрать в себя мутную волну плачущего встречного и проколоть его плотные покровы до самого сердца, чтоб ввести Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма туда каплю собственного Света. И никогда безнаказанно для плоти ученика не проходит переливание его духа в другое сердечко. В каждую из таких встреч он вбирает в себя - в свои нервишки, в свою кровь Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, в свое сердечко - поток грязищи и скорбей встречного. Их тяжкий яд и смрад остаются в его теле, облегчив встречного.

Не считая этой тяготы, путь любви имеет и еще томную сторону. Глаза Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма духа ученика издавна прочитали до дна все раны человека. Издавна сообразили посреди его мигающих и коптящих огней все его способности, всю правду и всю ересь, все величие и всю мелочность Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма его существа, а многословный жалобщик все еще на все лады разливается, стараясь выказать себя, как можно чище и возвышеннее, обрисовать красочнее свои мучения.

И тут выручает ученика Его полная невозможность почувствовать что-либо как раздражающее Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма либо возмущающее начало.

Ученик любви уже не может двигаться и жить по законам одной земли и ее людской, узко понимаемой земной справедливости. Он - как жива единица Передвигающейся Жизни - живет по мировому закону Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма: Необходимости.

В другие моменты, когда эманации людей делают чашу каждодневного труда ученика чрезвычайно тяжкой и дух его мучается под ними более плоти, к ученику всегда торопится на помощь один из ближайших Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма к нему Учителей, хотя бы он и не был его личным Учителем либо поручителем.

Эти мгновения особо отяжеленной чаши - всегда новенькая ступень пути ученика к Свету и совершенству. Каковой бы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ни был путь ученика, где и вроде бы он ни двигался в собственном служении ближним, эти мгновения горестного прохождения ступеней совершенства постоянно сопутствуют всем ученикам.

Ты недоумеваешь. Ты уже сообразил важное духовное правило: "Знать Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма - это означает уметь". И рассуждаешь по земной логике, логически верно. Раз ученик "знает", ему просто и действовать. Это будет правильным в этом случае, когда все страсти ученика перебежали в силу радости. И тогда Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ступени, кажущиеся самыми тяжкими, становятся все легче и в конце концов не замечаются и не ощущаются учеником по другому как в особенности калоритные приливы радости.

Но к этому состоянию духовной мощи Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, как я для тебя уже произнес, приходят те ученики, в ком оживились и движутся все нюансы их Одного. Тогда духовное "знать" означает "уметь".

Путь любви несет каждому встречному примиренность - это Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма его особенная черта. И конкретно этой особенностью более ценен путь любви посреди всех путей ученичества.

Не ту любовь цени посреди собственных встречных, где люди будут петь экзальтированные гимны собственному Богу, Учителю, друзьям либо Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма рыдать и пылать преданностью к для тебя. Такие любящие не достаточно отыскивают по сути дать, а ревниво смотрят, много ли им воздадут наград за их верность.

Цени и сей любовь ту Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, где встречный не нарушил мира чужого дома, не раздражил и не досадил чужому сердечку. Ты перебежал на данный момент из жизни стучащего и ищущего в ряды тех, кому раскрылось и кто отыскал единственную Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма тропу Жизни посреди миллиона иллюзий.

Но не считай, что в психике ученика что-то изменяется конкретно тогда, когда он лицезреет и находит Учителя. Я гласил для тебя нашу пословицу: "Готов ученик - готов ему и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма Учитель".

Издавна уже я давал для тебя знать о моем присутствии. Издавна я прислал к для тебя старика-странника, который научил тебя языку пали. Но для тебя и в голову не приходило Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма прислушаться к его рассказам внимательнее и поглубже.

Обучался ты охотно, потому что для тебя хотелось прочитать древние книжки, случаем приобретенные в нищей горной хижине, предназначенные к уничтожению. Но скепсис Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мешал для тебя вдуматься в слова старца, в его рассказы об Индии. И ты, недооценив, не дал подабающего внимания встрече...

Рассказывая для тебя сейчас о трудностях пути, я обращаю твое повышенное внимание Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма на черту скепсиса в человеке. Тот, кто не может веровать, ощущать, быть преданным собственному Делу до конца, тот не может быть совсем учеником. Сколько бы с ранешней молодости человек-скептик ни находил Бога и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма путей Его, Учителя и встречи с ним, раз он не умеет быть верным до конца, все его поиски напрасны. Одной рукою он будет находить книжки, переписывать слова Мудрости, а другой - в собственной деятельности Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма обычного денька - разрушать все доски моста, что ведет к этой Мудрости, к Учителю, к живому небу.

Мост, по которому идут к Учителю, каждый строит для себя сам. Из собственного сердца он растет Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и тянется так далековато, как велика верность человека. Мост сердца каждого ученика непременно коснется другим концом сердца Учителя. И связывает оба конца верность ученика.

Представь для себя сейчас образно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, может ли человек-скептик выстроить таковой мост из собственного сердца, если дух его повсевременно разъедается колебанием?

Я прислал для тебя старика. Почему же ты ему не мог поверить до конца? Ты был полон иллюзий Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма о необыкновенной пышности Учителя. Ты не мог осознать начальной правды: "Никто для тебя не друг, никто для тебя не брат, но каждый человек для тебя величавый Учитель".

Предрассудок, когда ты вожделел созидать Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма Учителя в славе и почестях, в чудесах магии и наружном великолепии, мешал для тебя узреть в нищем старике моего гона. Ты усвой навечно, что наш гонец не орет на рынке. А необходимо нам Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма - и муравей гонцом будет.

На данный момент, в эту минутку, от твоего скепсиса не осталось и следа. В твоем сердечко стабильно пылает энергия верности. Но разве это случилось конкретно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в эту минутку?

Разве месяц вспять, спасая даму от опьяненной ватаги бандитов, бросившись один на пятерых на нехорошем скакуне, ты не шепнул: "Учитель, ко мне"? И я услышал твой клич, я послал для тебя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мою помощь, ветер ногам твоего жеребца, мощь твоей разящей руке, робость и кошмар в сердца разбойников...

Перед каждым из учеников луча Любви стоит не только лишь дракон колебаний, но к тому Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма же дракон доброты.

Обычно, по филистерским понятиям, "хороший", другими словами неверно хороший, не может пройти ворот испытаний, ведущих вообщем к пути ученичества. Поистине же, по общим понятиям, "хороший" не одолеет ворот, ведущих Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма к лучу Любви. Он одолеет дракона скепсиса и колебаний, но перед драконом доброты остановится.

Чтоб нести по сероватому деньку чашу любви, нужно носить в сердечко и переливать в деяния денька не ординарную филистерскую доброту Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и даже не ординарную реальную доброту, нужную в каждом луче, но доброту ту, высшую, доброту-Мудрость.

Чем все-таки разнятся эти две доброты? Что присуще каждой из их? Обе они Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма - действие милосердия. Но там, где обычная доброта будет находить способности утешить и успокоить, доброта высшая прочитает весь путь человека: его вчера, его на данный момент, его завтра - и будет находить более Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма активного приспособления пробудить в человеке его энергию не только лишь земного восприятия фактов, да и связи их с 2-мя планами, со всею Жизнью, с Вечностью.

Высшая доброта пути Любви - это конгломерат такта, радости, самоутверждения Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и энергии, пробуждающих силы человека. Как кипяточек бурлит, дух хорошего в чаше его Любви. И чем освобожденное его дух, чем большее число качеств Одного движения в его организме, тем ярче - всеми цветами радуги Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма - переливается дух его творящих сил в чаше, производя воспоминание кипящей, пламенной воды.

Доброту луча Любви можно было бы именовать добротой предвидения. Ибо ученик, ее несущий, в одно мгновение лицезреет весь путь, по Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма которому можно навести дух встречного к миру и самообладанию; читает способности его силы и мудрости и...

изредка гладит по головке, а почаще берет бич и гонит из сердца встречного Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма робость, предрассудки самолюбия, рассекает узость его духовных горизонтов.

Проникая в святая святых человека, ученик любви разрывает нить мелочных жалоб одним жестким указанием человеку на рубцы от ран, которые он нанес для себя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма своими предрассудками. Они легли, как горы мусора, вокруг него. Если человек может прозреть и осознать, как посиживает в кольце предрассудков, что сам сделал, он оценивает, воспринимает и благословляет свои происшествия. И связь его Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма с учеником пути Любви устанавливается на века. Он идет примиренный и проходит - в какой-то момент - в тот духовный план, где живут в 2-ух мирах. Если же мелочность его подавила раскрывшееся на миг Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма Свету сердечко и его порыв святой радости затухают, и встреча потухла, как фитиль от коптящего масла. И до новейшей драгоценной, эффективной встречи могут пройти века.

На человеке такая встреча рубца не оставит Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. А на ученике? Была ли встреча эффективной, была ли она пустоцветом, в обоих случаях на ученике остаются следы.

От встречи эффективной - когда устанавливается связь и человек движется к освобождению, - в ауре ученика остается Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма лишняя звезда как действующий символ слияния Любви.

Если же ученик принес безрезультативно свою чашу Любви к устам, ногам и сердечку человека и встреча осталась мертвой, на всю его последующую жизнь Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма легла связь этой беды. И на страничке его книжки Жизни появится вековая запись о невыполненном долге. И до того времени, пока в новейшей встрече, а время от времени и в целом ряде встреч ученик Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма не достигнет творческого результата и не сможет повернуть дух встречного к Свету и миру, листы его книжки Жизни все будут оставаться склеенными его невыполненным обязательством.

Вникни во все то, что я для Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма тебя произнес, и никогда не набирай долгов и обязательств, которых на тебя никто не ложил.

Для тебя не совершенно ясно, почему так строг и неумолим в ученичестве закон добровольческого повиновения Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Если б этот закон не был безоговорочен и не берег бы учеников, они закабалили бы себя на века в совсем глупые обязательства, которых, по незнанию, набрали бы сверх всякой меры.

Главное, без чего Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма нельзя нести чашу Любви, - это мужество в сочувствии.

Человеку кажется, что сочувствие - это пуховая подушка под хворую голову, а ученику видно, что это лезвие ножика. Боль временная выручает от верной и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма столетний смерти. Не слово нежности и слеза, но бесстрашие и слово, помогающее мужественному раскрытию духовной ошибки, указание на задачку веков, а не на крохотный кусок земного воплощения. Задачка "встречи" ученика - это умение Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма отыскать внутри себя и встречном такие приспособления, которые посодействовали бы обоим зажечь внутри себя огнь мира и мудрости и слить их в один общий костер гармонии, куда нить Учителя льется неудержимо.

Ученик, всегда Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ставящий на творческом мосту сердца образ собственного Учителя, должен одолеть внутри себя все личное восприятие вошедшего к нему человека. Только прочно держа руку Учителя, видя через Его глаза то Вечное, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма облечено в форму данного мгновения и вошло к для тебя как человек, ты - мой ученик - сможешь быть результативно полезным собственному собеседнику.

Представь для себя, что к для тебя вошел старик, которого Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ты издавна знаешь, с которым когда-то ты был близок и дружил. Но когда меж ним и тобою легли годы твоего усиленного духовного роста, они прорыли меж вами большущее место. Ты двинулся Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в совсем другое колебание волн; их частота и длина открыли для тебя новые звуки, новые краски и формы. Но эти заслуги пришли через твой - персонально уникальный и труднодоступный для другого - духовный путь Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Ты не можешь ни передать его, ни разъяснить твоему старенькому другу, который, может быть, тоже двигался по собственному пути освобождения, но не мог вступить в фазу твоего раскрепощения и развития.

Невеселая картина недовольства тобой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма твоего старенького друга - практически обычный конец земных дружб, основанных на взаимном недопонимании до конца того, что такое дружба, во имя чего она заключается, в чем ее ценность для всех людей.

Дружба Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, заключенная только поэтому, что один одинок и не имеет сил нести собственный денек отрадно и просто без физической подпорки своим духовным силам. А другой не может удержать в сердечко собственных восторгов от духовных Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма движений и должен переливать в чьи-то уши и сердца поток "собственного" света. Эта дружба всегда приходит к определенному концу, ибо уже в самом зачатке носит внутри себя крах.

Не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма Свет в путь другого нес любой из сдружившихся таким макаром. Любой из их лицезрел не Одного огнь, не жаждая вливать как можно больше спокойствия в денек другого, чтоб в нем росла сила Света, не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мигала и. горела ровненьким огнем. Любой из сдружившихся находил подкрепления лично для себя, а Единый болтался как брелок посреди тыщи таких и других бирюлек, служивших манками этой дружбе.

Бывает и еще род Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма дружбы, где преданность доходит до фанатизма. Один торопится выполнить желание другого, но всегда ожидает, чтоб другой одарил его за эту преданность. Тут так же глаза слепы, и так же ни один из Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма друзей не может встать в совсем бесстрастное и объективное отношение к делам и действиям другого. Тут тоже не у ног Учителя бьются сердца, чтоб жить исключительно в творчестве Нескончаемого, в 2-ух мирах Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, но в мире только одной земли.

Я совершенно не говорю о тех бессчетных случаях уродства, именуемого дружбой, где основным звеном живет требовательность к людям. Об этом, как и о любви Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, основанной на требовательности, гласить не стоит. Это еще та низкая ступень духовного развития, где ни о каком ученичестве, ни о каком Свете на пути и речи быть не может. Это еще преддверие, где Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма только начинают зарождаться высочайшие людские чувства самоотвержения и преданности, но которые выливаются в действие как эмоции и порывы и никак не перебегают даже в силы, не только лишь в Свет.

Что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма все-таки такое дружба учеников? Это обычная и высшая доброта, лишенная условностей и предрассудков. Если ученик принес другу собственному помощь в его тяжелом Деньке, - он нес ее не ему как таковому. Не своею рукою Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, от собственных щедрот, но нес как гонец Учителя, ибо был им послан и нес его дар встречному.

Если он брал на себя обязательство перед другим, он брал его не на Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма себя, а на весь круг невидимых помощников и защитников, другими словами он был гонцом 2-ух миров и делал задачку живого неба на земле. Сам же он только таким гонцом живого неба себя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и чувствовал, забыв, что меж ним и его другом была целая куча условных перегородок, называвшаяся соц положением, годами, бедностью, богатством и т.д..

Дружба учеников не может состояться по заказу, так как Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма оба идут ученическим методом и "нужно" развивать - от разума идущее - дружелюбие. Любой из учеников, если он вправду стоит в собственном дежурстве перед Учителем, соображает все неисчислимое огромное количество путей Света. Потому он Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма знает, что нет никакой способности сблизиться с теми из учеников, что идут способами строптивцев.

Это совершенно особенный путь, и в данной точке твоего развития ты не сможешь ухватить, почему и как люди Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма приходят к этому пути. И я упомянул о нем только для того, чтоб ты знал и осознавал, как нередко ты будешь наталкиваться на людей, очень высоко развитых, но с которыми сблизиться - не только Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма лишь сдружиться - ты не сможешь.

Сначала ученичества и самому ученику, и очень многим из окружающих его, знающих о его ученичестве, кажется, что он должен стать чуть не святым по собственной доброте, выдержке и такту Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Но этого легкомысленно и самому от себя добиваться, и другим с ученика спрашивать каких-либо критических перемен.

Это так же легкомысленно, как воображать, что погибель физического тела заносит какое-то Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ураганное изменение в дух человека и он становится либо святым и идет в рай, либо грешником и идет в ад, покончив в одно мгновение счеты с прежней жизнью. Нет ни рая, ни Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ада. Все есть та же Жизнь, продолжающаяся в облегченной форме, так же точно, как нет революционных толчков в пути ученичества. Все толчки, все взлеты и падания - это преддверие ученичества.

Каждое глубочайшее переживание Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма вталкивает человека в ущелье, где он мечется во тьме, пока не увидит светлеющих ворот впереди. Увидя, он идет к ним по тропе той ровности, какую сделал сам своею Мудростью в период Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма метаний и страданий.

Что нужно ученикам, чтоб меж ними засияла дружба? обоим стоять в верности перед лицом Учителя. В верности до конца. Это единственное условие.

Остальное не играет роли.

Но путь строптивца и тут исключение Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Строптивец может быть верней всех верных, и все таки он пройдет собственный путь земли не приобретя для себя ни 1-го друга, и по тем либо другим поводам со всеми перессорится.

Проверяя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма собственный денек дежурства, бдительно - бдительнее всего остального - разбирай свои ошибки такта. Почти все можно упустить в труде денька, почти все можно не довести до конца, но есть три момента в поведении Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ученика, где ошибок допускать нельзя. Эти моменты - с первого денька ученичества - должны стоять в центре внимания: такт, притягательность манер поведения и отсутствие язвящего слова в речи.

Для ученика первой ступени уже не может существовать Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма духовной розни, как разъединения с кем бы то ни было. Естественно, я не говорю об учениках луча Любви, где необходимо уже высочайшее духовное совершенство, чтоб двигаться в этом луче, атмосфера которого выше Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и поболее давяща для людей, чем атмосфера иных лучей. Но для каждого ученика уже нет способности зацепиться за чужой грех либо страсть, вроде бы он ни был снаружи не выдержан. Внутренне Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма каждый принятый в ученики обязательно член слиянного тела Единой Жизни.

Но будучи полностью благожелательным снутри, ученик может быть лишен такта. Тогда и при его продвижении вперед со всех боков, как цепи, сплетенные Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма из шипов роз и акаций, встают наружные препятствия. И он может, раскрывшись во всю полноту сил Мудрости в почти всех отношениях, превосходя познаниями и внутренним совершенством всех и всех, все стоять на месте Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в собственной первой ступени.

Что бы ни делал в собственном ординарном деньке ученик, - если он раз в день не добивается фуррора во наружной форме подаваемого дела; если такт его Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма развивается плохо, точнее сказать, и не развивается и не увеличивается, он не много успел в деньке перед Учителем, хотя бы наделал много дел, по воззрению людей.

В манере наружной подачи собственного дежурства ученик никак Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма не может идти в сопоставление с мещанином. Нельзя сходу дойти до притягательности, если оно не дано как дар природы.

Но можно бдительно смотреть за отсутствием неряшества в доме, бесчинства в платьице и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма белье, чавканья во время пищи, за порядком пуговиц и тесемок, и т.д..

Любая встреча, где была одна наружняя криводушная вежливость, а в душе задумывался: "Скорей бы ты ушел", была Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма таким же выпадом из дежурства, как и встреча, где ты подал ковш добра, но раздражился либо был неприятен в воззвании.

3-ий момент - язвящее слово, которое сорвалось с уст ученика, должно показать ему самому его неполное Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма доброжелательство. Как следует, нужно осознать, что в таковой момент человек не только лишь выпал из ученического дежурства перед Учителем, да и выпал из единения со всеми кольцами невидимых служащих.

Как развить Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма внутри себя бдительное внимание к этим трем, наиважнейшим в самодисциплине приспособлениям?

Если ты будешь давать собственному вниманию эти три задачки как таковые, то весь твой трудовой денек пройдет еще больше затрудненным Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, чем для тебя подали его твои происшествия. Но если ты будешь просто стоять в собственных идей рядом с Учителем и будешь действовать, всегда ощущая себя в Его присутствии, то никаких особых Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма задач твоей внимательности для тебя добавлять не придется.

Не считая того, каждому неофиту в его первых шагах дается всегда такое огромное количество невидимых покровителей, следящих за всеми его действиями, что ему проходить Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма свои 1-ые шаги сравнимо просто.

Перед тобой, мой друг, лежит еще много рубиконов, но какой-то из них важнее всех.

Вот он: ты привык к полной независимости, к полной свободе передвижений, к поискам Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма Правды без всяких направляющих тебя рук. Сейчас, если беседы мои всколыхнули в для тебя огнь творящего духа и сердца; если ты сообразил меня и поверил мне, иди за мной, но иди так Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, как буду созидать и указывать для тебя я.

Я разъяснял для тебя, что закон безоговорочного послушания, добровольческого, не сотворен в ученичестве, чтоб давить волю ученика; но чтоб защищать его от очень рьяного его же Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма желания служить всем и каждому и - по недочету познания - набирать долгов и обязанностей выше меры. Этот закон ограждает ученика от разбрасывания. Он помогает ему стойко и отрадно стоять у тех мест Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, где его поставил Учитель, и не бегать от 1-го места к другому только поэтому, что кто-то ему проорал, что он нуждается в его помощи больше другого, и нужно все кинуть и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма бежать оказывать помощь конкретно ему.

Ученик в деньке собственного дежурства у Учителя должен сознавать себя стоящим на охране с примкнутым штыком конкретно у того порохового погреба, где его поставил Учитель.

Он не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма может переходить с места на место. Если же получит указание Учителя переменить место, даже поменять весь способ либо путь, - то тут указаний мелочного нрава ожидать не должно.

Нужно самому осознавать, что у Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма порохового погреба не годятся подошвы с гвоздями, а по горам не карабкаются на резиновых подошвах.

В ученичестве нужна большая самостоятельность в активных действиях обычного денька. И в этой самостоятельности нужно научиться развивать все Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма свои свойства и приспособления для действий на земле посреди людей самых разных положений, нравов, развития.

На данный момент для тебя ясно, что такое путь ученического освобождения. Доведи осознание до конца Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Не обязанность либо кабалу монастырского пострига берет на себя ученик. Но вступает в новейшую, широкую и отрадную полосу познаний, которые ему подает чья-то любовь, услышавшая призыв его незапятнанного сердца. В Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма последующий раз я скажу для тебя о пути скорби".

Запись брата опять обрывалась, и, разумеется, меж прочтенными мною только-только и последующими строчками прошло какое-то время, потому что и чернила и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма манера письма были различными.

Я был так поглощен словами записи, так глубоко поражало меня ее содержание в связи с пережитым мною самим, что я не замечал, как летело время, как Эта принимался Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма без помощи других снимать собственный аппетит и как по ту сторону окна стали спускаться сумерки. Я перевернул страничку и опять стал читать.

"Оставшись один, я не сходу пришел в себя. Мне все Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма казалось, что я слышу маленький, с соответствующим тембром глас моего расчудесного гостя.

Удивительно я себя ощущал. Вокруг меня в комнате стояла тишь, даже буран по ту сторону окна, казалось мне, вопил как-то мелодично Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Но тишь в первый раз в жизни показалась мне не мертвой и молчащей, а говорящей, поющей, зияющей!" О, как я осознавал на данный момент эти слова брата Николая! Для меня так не так Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма давно стало сладкоречиво говорящим молчание природы. Так не так давно я сообразил глас безмолвия, так не так давно ощутил жизнь цветов, травок, деревьев...

Моя идея опять перенеслась к жизни брата Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма-офицера. Я снова поразмыслил, как тяжело, возможно, было ему жить посреди духовно и интеллектуально убогого окружения. И какими же необыкновенными духовными силами был должен владеть сам мой брат, чтоб дойти без помощи Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма других до встречи с Али. А что это был конкретно Али, в этом я сейчас уже не колебался.

Почти все вспоминалось мне из слов и действий брата, что только на данный момент Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма я связывал в стройную нить образов, все яснее осознавал, кто был брат Николай и как я около него жил ряд лет, даже не предполагая, около человека какой высоты я нахожусь...

Я не позволил Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма для себя улететь в мемуары и стал читать далее.

"Я стал вообщем замечать внутри себя нечто новое: какое-то прозрение, - читал я. - Будто бы бы все мои нервишки стали восприимчивее, слух тоньше Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, глаза лицезреют зорче. Это очень удивительно и поражает меня самого. После бесед с моим расчудесным другом очертания его фигуры остаются навечно запечатленными в моей памяти, и мне все кажется, что я вижу Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма какое-то светлое скопление на том месте, где он посиживал.

Я не достаточно начинаю сознавать время моего пребывания тут и замечаю только, что я вдруг прихожу в себя, точно с неба сваливаюсь, так Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма как немой слуга прикасается ко мне и дает мне осознать жестами и ухмылкой, что нужно есть либо спать, либо пройти к жеребцам либо еще что-либо.

Удивительно - более удивительно, чем что-либо Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма другое, - но я стал осознавать однозначно, что мой слуга совершенно не немой. И 2-ое - я стал читать решительно все его мысли, точно его голова связана с моей нитью передвигающихся образов. В Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма первую минутку меня это поразило, и я остолбенел, глядя в лицо немого. Но заметив искорки юмора в его очах и плутовскую ухмылку, с которой он смотрел на меня, я пришел в себя.

В Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма эту минутку я отдаю для себя отчет еще в одной новейшей, открывшейся во мне силе: я твердо знаю, когда придет "Он", мой расчудесный друг. И не только лишь знаю, когда придет, но Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма когда он еще далековато и только идет. Но никогда мне не удалось подметить самого момента возникновения моего гостя. Или от очень напряженного ожидания я утомлялся и засыпал, или я Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма чем-либо рассеивался. Или меня отвлекал своим говорящим молчанием слуга, но всякий раз я содрогался, совсем внезапно встречаясь взором с незнакомцем.

Огнь его глаз все так же приковывает меня, но сейчас я Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма уже не страдаю от неописуемого давления его чистоты, которая так же превосходит меня, как недостижимая чистота и любовь Бога.

И сейчас я не уследил, когда и как он вошел: я поднял глаза и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма увидел его сидячим на обыкновенном месте, но еще больше броским и ясным, чем намедни. Он сходу стал гласить, разумеется, также не нуждаясь в условном приветствии, как не нуждался в нем я, ибо Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма все мое существо не только лишь скупо ожидало его но я с ним и не разлучался, впитывая в себя брошенные им мне мысли.

"Сейчас я желаю для тебя сказать о величайшем из путей Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ученичества, о пути скорби.

Сначала, что есть путь скорби? Это не самый метод проходить свое освобождение. Это величавая самоотверженность тех людей, кто решается идти по земле вестником скорби, неудач и несчастья для Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма всех тех, куда его отправлют владыки карм и рука их Учителя.

Какой смысл пути скорби для людей? По верованиям христиан, Христос сошел в ад, чтоб спасти души порочных от столетний Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма смерти. Его сошествие в ад было прогнозом христианства, оно принесло новенькому населению земли закон кармы и развеяло иллюзию добродушно-морального равнодушия к текущему моменту жизни, к тому "на данный момент", которым живет человек Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, которое можно прожить бездейственно, положившись на Провидение.

Активная энергия, принесенная людям Христом, выдернула из-под ног невежд основную опору лицемерия и подала пример деяния "до конца", деяния личной Доброты и любви Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

Принести порочным можно только известие пробуждения, и конкретно она одна и будет вестью спасения. Но принести кому-либо самое спасение, в каком человек будет только кулем, плохо поворачивающимся и жалующимся на неудобства собственного положения Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, - эту иллюзию разбил Христос.

Его миссия - просыпание человека к его полному духовному росту. Он живет и по сей час, живет, движется и творит руками и ногами человечьими. Любой из учеников Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма скорби - Его ближний сотрудник, Его первоначальное орудие, через которое идет начало формирования духовного пути целого ряда людей.

Гонец скорби - это всегда даровитый множеством талантов, никогда не средних возможностей человек. Это последняя стадия Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма перед новым воплощением в виде гениально даровитого.

В пути скорби, как и в каждом пути, есть много ступеней. Одни из учеников скорби, более развитые духовно, идут в полном знании собственных сил и несут людям скорбь Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, не страдая сами от ударов, вестниками которых приходят, и приносят оливковую ветвь мира в руках. Такие ученики, ударяя встречных, льют им мир и силы не только лишь проснуться и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма прозреть, да и выйти в новейшую жизнь, научившись, любя побеждать.

Их младшие братья по труду идут, не зная сами, что идут методом скорби. Они замечают, что их приближение к людям, их любовь, их дружба Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма разрушают благополучие людей. Методом огромных страданий они научаются побеждать внутри себя ужас нести горе людям. Их талант помогает им прорваться тем либо другим, методом к познанию, они встречают Учителя, тогда Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и для их начинается путь Света.

Сознание их раскрепощается до конца, и заходит успокоение в их потрясенный организм, и ученик скорби идет далее уже просто собственный путь. Он сообразил, принял и благословил все Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма свои происшествия, которые считал ранее катастрофическими.

Благодаря полному осознанию, что нет отрезка жизни - воплощения, а есть только Вечность, влитая в данное "на данный момент", как в форму воплощения, ученик начинает и всех Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма собственных встречных принимать только как отрезки Вечности.

Стоя сам на дежурстве у Вечности, ученик скорби начинает принимать все печали временных форм как удовлетворенность, понимая, что наружные пути человека, весь смысл его текущего денька - быстрее Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма достигнуть освобождения. Короче, проще и легче скинуть мертвящие пелены восприятия жизни как формы одной земли и начать действовать как живое сознание 2-ух миров.

Перед тобой мерцает ряд лиц, живущих Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в самых различных условностях. Ряд, череда рождений, череда погибели. Ты живешь в атмосфере долговременной, беспощадной войны и знаешь, что из-за каждого уступа гор тебя может повстречать вражья пуля.

Для чего, казалось бы, для тебя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, человеку высочайшего духовного развития и исканий, человеку большого образования, чьей эрудиции нелегко сыскать равную, человеку разума и таланта исключительных, для чего для тебя жить под неизменной опасностью погибели?

Посреди идиотов и убийц Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, посреди тупых и извращенных, с которыми для тебя приходится встречаться пару раз в денек?

В ученичестве нет вопроса наружной справедливости, которая всегда спрашивает: для чего и почему? Меж филистерской Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма трактовкой "счастья" и трудом ученика - трудом любви и мира - такая дистанция, как меж дикарем, не отходившим от собственного поселка далее 10 миль, и культурным человеком.

И даже это сопоставление не много поможет для тебя осознать свои Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и чужие земные происшествия, если глаза твои не утратили возможности рыдать, уши могут еще принимать оскорбления и язык может еще выговорить язвящее слово.

Пока эти характеристики в для тебя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма еще живые, ты не будешь иметь сил держать в руках чашу твоего Учителя, что взял на себя кооперативный труд на земле с тобою.

Перенесись сейчас со мной из этой малеханькой комнаты, где мы с Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма тобою сидим, из твоих обычных событий, из хлопот о брате, из атмосферы войны и неизменных стычек с горцами с Кавказа в мировое поле деятельности жизни.

Что остается в для тебя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма на данный момент незыблемым? Что видишь ты в окружающем тебя свете? Ты видишь только две вещи, плодом которых является земля и все на ней: любовь и труд.

Любовь творит непрестанно. И ее труд, не отделимый Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма от Нее, двойственен. Она трудится, подымая людей в высочайший путь и помогая им совершенствоваться. И она же переливается действием как их труд на земле, сближая людей, единя их, сращивая их Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, как цветочки и плоды, для будущих поколений.

Посреди тыщ и тыщ передвигающихся в кавардаке и суете форм - мигающих, чадящих огней - ты видишь отдельные ровно пылающие огни, видишь даже целые очаги, пылающие кострами Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ровненького огня.

Что это? Почему одни - большая часть - огни мигают и заполняют смрадом все вокруг себя? Почему отдельные огоньки не меркнут посреди этих болотных огней? Почему не сжигают все вокруг себя пылающие столбы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и костры пламени?

Дрожащие, мигающие огоньки - это трудящиеся в потоке страстей и осознаний одной земли. Все воплощения этих людей не идут в счет, ибо никто из их не сообразил, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма стоит у Вечности. И труд их, совершенствуя их личность, не мог разбить перегородок условности и не вошел в их вечное, духовное творчество. Дух их оживотворяется личной любовью, редчайшими порывами самоотверженности, порывами к красе, вспыхивает Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мгновениями и на данный момент же погружается вновь в скорлупы личности.

Еще ты видишь совершенно маленькие, чуть тлеющие точки. Приглядись: одни из их сияют слабо, но ровненькими крохотными огоньками, - это животные. Другие мечут Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма молнии. Это одичавшие животные, также потухшие людские сознания. На данный момент ты не сможешь отличить огней одичавших животных, брызжущих снопами бардовых искр, от черных, потухших сознаний, извергающих тоже искры и зигзаги Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма молний. И те, и другие для твоего взгляда на данный момент идиентично отвратны и идиентично смрадны.

Смотри сейчас на зияющее обширное поле этих ровненьких огней. Это кусок земли, чистой людьми от слез Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, скорби, страданий. Это место, где живут понимающие.

Понимающие, что земля есть жизнь труда, в каком изживаются все страсти и через который входят в Вечное. Это место счастливых, освобожденных от страстей, трудящихся в мире Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма сердца.

Прожить на земле без усилий - совсем равносильно прожить без полезности и себе, и для всей вселенной. Никому и никогда не нужно страшиться лишнего труда, так как всякая томная ноша вводит человека Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в привычку определенной дисциплины духа.

Есть целые массы людей, проходящих свои земные пути в лишнем труде. Никогда не сожалей об этих людях. Только через этот подначальный труд, труд кусочка хлеба Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, они могут выработать внутри себя привычку дисциплинированного подчинения. И эти зачатки дисциплины труда перебегают с течением времени в их духовное зерно. Только тот человек может развить внутри себя всю духовную мощь, который Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма сам, без сторонней помощи, сумел заложить базу собственного духовного зерна в собственной текущей земной форме. И для этого он должен обязательно дойти до геройского напряжения. Должен сделать его обычной формой труда Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма себе, потом привести собственный организм в стойкость самообладания, чтоб его труд стал ему легок и, в конце концов, подняться к той гармонии внутри себя, что дает чувство всего денька не сложным, но красивым.

Только Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма отныне раскрывается человеку возможность осознавать, что "денек" - это то, что человек в него вылил, а не то, что к нему пришло снаружи. И чем устойчивее он становится на эту платформу, тем яснее его Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма взгляд лицезреет и осознает, что все "чудеса" он носит внутри себя. Он перестает ожидать и начинает действовать.

Вернись опять к своей жизни в малеханькой комнате. Сейчас ты сообразил, что никто Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма не может быть забыт либо оставлен, никому не может быть чего-то "недодано", ибо каждый - властнее всех властей, яснее всех стекол для огней и звезд - заявляет о собственном духе. Каждый сам занимает свое Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма место во вселенной - от зерна до полной его мощи, и никто не может его вынудить ни пылать ярче, ни тухнуть, ни мигать, не считая самого человека.

Для чего же лично ты на данный Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма момент живешь в таком неподходящем тебе окружении?

Воспрепядствовало ли оно твоей встрече со мною? Замедлило ли оно нашу встречу?

Ты изумлен моими вопросами. Ты никогда не только лишь не высказал неудовольствия, что Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма живешь посреди полукретинов, но даже и не спрашивал себя: почему ты заброшен в такую глушь? Тебя только и слышали небеса благодарящим за красоту, в какой живешь, но ненависти, зависти либо Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма недоброжелательства твоего никто не слыхал.

Что могло бы мешать неуравновешенному, то только укрепляло твою честь. Чем больше ты лицезрел казнокрадов, разбойников, обманщиков и лицемеров, тем крепче ты сам осознавал честь и честность, тем яснее Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма для тебя становилась ценность каждого слова, которое ты произносил, тем больше ты находил способности пробудить во встречном осознание величия Жизни. Ты рос в собственной опьяненной, угарной и шаткой среде Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, а не распадался в ней. И все, что был способен, ты укреплял и очищал своим живым примером.

Сейчас для тебя ясно, что твое смирение снутри себя самого и твое кроткое отношение к окружающему тебя, твое Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма полное благословение всем своим происшествиям и девственное искание Бога не в созерцании, но в труде Денька ускорило нашу встречу, укоротило твой путь ко мне.

Разлука с братом, которого ты так Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма любишь, не поэтому придет, чтоб для тебя нанести рану, но поэтому, что ему должен раскрываться путь ясновидения, которому ни ты, ни даже я, посодействовать не можем.

Он сам должен пройти собственный огнь Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма труда, и чем выше ему идти.- тем сгущеннее будет та заавесь страданий, через которую он должен пройти. Его путь - путь ясновидения, 3-ий тяжкий путь посреди путей ученических. О нем побеседуем завтра Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма".

Запись опять прерывалась, и через несколько пустых строк я опять читал: "Ты сообразил меня верно: в пути ученичества все идет строго разумно, но логические законы духа совсем не идентичны с законами логики земли.

Земля, по Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма миропониманиям ее обывателей, несется в мертвом эфире. И этот эфир оживает для их только тогда, когда сама же земля переносит свои вести либо ловит их по тем волнам, какие могут восприниматься Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма физическими методами.

Что касается ученичества, то оно относится как таковое к тем парадоксам, где физический метод восприятия и передачи играет одну из самых незначительных ролей.

Взгляд ученика, даже лишенный способности созидать Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма далее обыденного, обладает внутренней эластичностью.

Он просачивается сердечной теплотой во все существо встречного и откидывает личное свое воспоминание, потому что в нем огнь его собственного рвения к Высочайшему спаливает сходу условную суетность Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

Ученик старается не слышать и не созидать тех ноющих и ранящих его стрел, которыми его осыпает встречный. Поначалу ему тяжело держаться на высочайшей волне. Позже создается привычка подставлять из собственного сердца мост помощи, на Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма котором ему светится образ его Учителя, и, в конце концов, он научается, протягивая руку, всегда протягивать ее вкупе с рукою Учителя. Тогда и жизнь становится для ученика легкой и прелестной.

В этой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма стадии у каждого ученика вскрывается какое-либо психическое дарование.

Либо он начинает слышать, либо он лицезреет, либо в его проводнике вскрывается новый художественный талант.

Такой путь развития высших сил в человеке Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, перешедшем пламенную стенку страданий и потерявшем в их свои личные страсти. Обретая духовную мощь, он разбросал все тряпье собственных старенькых и вновь обретенных страстей и вновь вышел в жизнь деятельности Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма и сотрудничества с Учителем таким же голым, каким пришел в мир, родившись малышом. Во всех путях ученичества путь освобождения для всех один.

Но 3-ий из труднейших путей - путь ясновидения - не подчинен этому Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма закону.

Этот путь созревает в веках. Он не один раз бывает выносим человеком на землю и в каждое воплощение по-разному. Зависимо от столетний кармы человек либо с младенчества несет дары слуха и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма зрения, либо только под старость открывает внутри себя их, либо внезапно в молодости поражает внезапностью собственных даров.

В самых различных формах льется дар человека. И тяжесть и ответственность дара всегда делит Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма с человеком его Учитель. Высочайшая сила духа ясновидца далековато не всегда проявляется вся в каждое воплощение человека. Зависимо от того кармического звена, которое человек несет, зависимо от связи с окружающими данного воплощения та Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма либо другая часть выражается яснее.

Идущему методом ясновидения безизбежно встречаются две труднейшие задачки: либо ученик идет в гуще и пламени страстей и должен в их жить раз в день, очищая с огромным Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма трудом себя самого и путь для себя, либо он воспитывается специально покровительствующими ему высочайшими ассистентами.

В первом случае ученик предназначен для труда с Учителем на одной земле, для каждого сероватого денька Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма посреди трудящихся людей. В самые томные деньки через него инсталлируются очаги помощи тем, кто желает и отыскивает освобождения и не может выбиться без помощи других в собственный час земных страданий.

Для ученика-ясновидца Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, не представляющего из себя ничего такого особенного по сопоставлению со возможностями и дарованиями всех его окружающих, большая тяжесть заключается в том, что ему приходится разговаривать с людьми, неуравновешенными и туго воспринимающими жизнь в Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма 2-ух мирах.

Их неизменная требовательность к людям-ученикам, которых они считают для себя слугами и обязанными быть внимательными к их требованиям 20 четыре часа в день, часто разбивает здоровье гонца Учителя, не имеющего Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма физических сил выдерживать наскоки неспокойных аур окружающих. Беспрестанный трепет всей ауры ученика разрастается в столб огня исключительно в том случае, когда Учитель защищает его своим плащом, становясь меж ним и людьми как Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма защитный буфер. В этих случаях Учитель тем либо другим методом связан с учеником всегда.

Почему и зачем я для тебя все это говорю? Чтоб ты был уверен и спокоен о судьбе собственного брата Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма. Он пойдет под покровительством больших воспитателей. И твоя роль - роль брата-отца - была тобой верно понята и выполнена. Сейчас она кончена.

Когда Учитель гласит человеку, что роль его в том либо Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ином месте кончена, что карма его в тех либо других отношениях закончена, нужно осознавать, что ясновидению Учителя открыты до конца пути ученика.

Что представляет собой ясновидение Учителя по сопоставлению с той Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма каплей познания, что имеет в собственном распоряжении ученик?

Любой из учеников, сосредоточиваясь в моменты собственного духовного созерцания, отлично соображает огромность расстояния меж сознаниями обоих и недосягаемость себе точки зрения Учителя. И все же Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, получая известие через гонца, очень нередко он обязательно старается поправить те места, где ему хотелось бы созидать собственный свой образ другим.

Если нужно, чтоб он вызнал, что карма его с теми, кого Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма он любит и предпочитает, кончена, и ему дается это познание, он все таки упорно будет настаивать на том, что карма его древняя, что он связан вековыми нитями, будто бы в старенькой карме Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма есть нечто симпатичное и драгоценное. Все старенькые кармы, где воистину есть что-либо принципиальное и драгоценное, всегда ощущаются только как зияющее счастье и не носят внутри себя никогда психологических болезней.

Люди от Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма разума, ищущие пути освобождения, не отыскивают Бога в людях, которым служат в простоте, но долг собственного усердия прилагают к труду около их. Поэтому они устают, раздражаются, удирают отдыхать и т.д Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.. И они же, получая весть-зов, указание и задание, не имеют сил вступить сходу геройски в обозначенное им новое дело либо положение, ожидают, чтоб в их что-то само созрело, а Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма по сути инспектируют известие гонца. И нередко труд всего воплощения теряется, обозначенная задачка, не подхваченная одномоментно, остается не выполненной, и карма, в какой было надо высвободить собственного старенького должника, запирается плотнее раковины улитки Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

Кроме обыденных проблем всякого ученического пути, путь ясновидения имеет несколько особенностей, не характерных другим лучам. Перед ясновидящим даже самых малых форм, другими словами когда ученик является только передающим током для речи Учителя, встают три Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма креста земных предрассудков и заблуждений:

1. Ужас в самом ученике. Если этот ужас не побежден до конца, другими словами если верность ученика не разлита по всему его пути до конца Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, он опасается ввести кого-либо в заблуждение.

2. Мужество ученика. Если его мужество не слито с мужеством Учителя до конца, оно будет и не мужеством и не милосердием, а слезливостью и сентиментальностью.

И в этой Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма слезливости ученик не может ни созидать, ни слышать ясно того, что ему гласит Учитель. Ибо мужественное милосердие луча ясновидения всегда расслабленно, часто сердито.

3. Зрение, передаваемое ученику Учителем, спаливает в нем Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма возможность общения в вульгарной форме обывательщины. Ученик обречен на одиночество, так как не может нести руки Учителя по вульгарному деньку, а встречные мещанины судят его как гордого и не достаточно проницательного человека.

Эти три Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма креста исходного пути ясновидца усугубляются еще разрывом в осознании самых обычных вещей с окружающими. Все те, кто приходит к ученику, живут в стадии личных эмоций: "Мой дом", "Моя семья", "Мои Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма дела и успехи" и т.д..

Ученик же молит об одном: "Порви условность моих осознаний, мешающих общению моему в огне и духе. Сними с глаз моих телесных давящие покровы условностей любви и введи Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма меня в силу духа, где жива Любовь спаливает всю возможность слез и страданий".

Разрыв меж пониманиями ученика-ясновидца и его окружением лежит четвертым крестом на его пути. Но только до того момента, пока он Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма не достигнул полной верности. С момента его слияния и верности с Учителем жизнь его становится легкой, обычной, удовлетворенной.

В твоем пути нет ясновидения как основного труда твоего денька. Но оно Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма придет в форме чтения мыслей людей. Чем выше будут твоя чистота, честь и мир, тем яснее будет твоему взгляду момент духовного развития тех, с кем ты будешь разговаривать.

Методы передвижения людей Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма-учеников в их духовных ступенях не зависят вообщем от развивающихся в их либо дремлющих сверхсознательных сил. Таких учеников, где бы выход сверхсознательным силам был закрыт, нет. Каждое духовное зерно, имеющее пламень тяготения Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма к Свету, имеет внутри себя и силу пробуждения, точнее сказать, к просыпанию.

Да и тут, как во всем пути освобождения, стоит на пути ужас. Человек, проживший свою жизнь исканий в предрассудках, в Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма большинстве случаев сам захлопывает свою дверь к познаниям. Он опасается "без Учителя" достигать каких-либо новых шагов в собственном развитии. Он читает в йогах о том, что можно разрушить собственному здоровью и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма мозгу в тех случаях, когда движутся без четких указаний. Но он запамятовал, что до того, как он сумеет подойти к какой-нибудь ступени познания, где есть возможность раскрытия внутри себя сил, нужно еще себя Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма самого очистить, привести в порядок и гармонию хотя бы физический проводник, а там уже начинать мыслить о гармонии организма с духовными токами, которая поможет достигнуть первой ступени самодисциплины - самообладания.

Все в ученичестве упирается Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма в первейшие правила самовоспитания: выдержка и такт.

Когда достигнута наружняя воспитанность, побеждено раздражение и на место встали все осознания бдительного контроля над собой, только тогда явилась возможность встать в поле зрения Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма Учителя. Огнь лампы не стал мигать раз в секунду и может быть увиден.

Бдительный контроль над собой переводит все понятия "мой" в обычное осознание собственного кроткого места во вселенной. И чем выше всходит Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма человек, тем все яснее лицезреет, как далек путь, как тяжело двигаться, как не много изготовлено.

Только отныне начинается очищение организма, подводящее человека всегда к Учителю.

Ужасы, что можно от упражнений в йоге Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма стать "одержимым", - это глуповатые сказки старенькых баб о домовых либо помогающих и мешающих им духах. Если в пути человека уже были пробы использовать свои силы для темной магии, для которой он Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма тоже не имел ни выдержки, ни самообладания, то в какие-то свои воплощения он будет на психическом уровне нездоровым. И ничто не сумеет спасти его от ряда страданий, ибо никто и ничто не Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма может высвободить его из закона вселенной: обстоятельств и следствий.

В пути ясновидения, более чем в каком-либо ином, нужно всматриваться во все встречи. Тот, кто идет этим методом, в какой бы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма период ни пробудилось его ясновидение и в какой бы слабенькой степени он им ни обладал, всегда заходит в то кольцо встреч, где его жизнь перебегает в другое пламенное кольцо. Цвет Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма пламенного кольца каждого человека - это итог его векового труда. Тут все тот же закон обстоятельств и следствий расчищает перед человеком не кустарник его заблуждений, но выкорчевывает большие пни от павших деревьев греха, колебаний, измен и Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма непристойности.

Ужас предрассудочно понятых "запретов", точно также, как и неизменное воззвание к авторитетам, останавливают рост духа в человеке. И конкретно они-то, и бывают тем тупиком, куда упираются искания человека Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма, становясь "исканиями" в кавычках.

Больше всего мешают человеку его привычки "обдумывать" всех собственных встречных, их слова, их происшествия, а не их деяния. Когда человек соприкасается с действиями другого, он сам вызывает внутри себя действующие Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма эмоции. Но когда он передвигает с места на место только интеллектуальные клеточки другого, он сам живет только той половиной собственного организма, где царствуют эмоции разума.

Разум не защищает ученика Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма ни от разложения нервной системы, ни от утомления, ни от сумасшедшей старости. Мозг изнашивает клеточки организма, который может жить исключительно в гармоническом сочетании творчества с клеточками сердца и духа. Тогда он поистине Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма живет.

Раскрытие, потаенна ясновидения - это Любовь, Дух, Мудрость, влитые в организм через Кундалини. Они вливаются по-разному, различными способами и зависимо от последних открывают зрение либо слух, либо новые таланты. Но путь раскрывания всегда один Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма: материя невидимого Духа добивается осязаемости через мозг.

Путь - прост, деяния - легки. Но целомудрие мысли, как итог Света внутри себя, приходит к тем, кто не радости себе находил, но верности Учителю Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма..." Запись кончилась. Мне не хотелось крутить последующей странички. Все, что я прочитал, было так необыкновенно глубоко и свято для меня. Я посмотрел на спавшего около меня Эта, и мысли мои возвратились Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма к прошедшим векам. Сейчас мне казалось, что я впервой сообразил, что же все-таки это такое: действовать. Меня поразило, как я не достаточно активен, как много моих мгновений уходит в пустоте, как много моих часов Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма летит без смысла.

Эта встрепенулся и стал прислушиваться к чему-то. Я также стал вслушиваться в царившую вокруг меня тишину, но ничего не слышал, не считая легкого шелеста пальмы Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма.

Вдруг Эта соскочил и побежал к балкону, оглядываясь на меня и точно призывая к для себя. Я встал и увидел Франциска, подходившего к моему балкону.

Он улыбался мне и сделал символ рукой, чтоб Глава 8 Обычная ночь Общины и что я видел в ней. Вторая запись брата Николая. Мое бессилие перед "быть" и "становиться". Беседа с Франциском и его письма я сошел к нему. Я был счастлив, лицезрев это расчудесное светившееся лицо. Я запамятовал все грустное на земле, мне показалось, что само небо улыбается мне и зовет меня к миру.




glava-72-patentnoe-pravo-tretya.html
glava-73-neugasimoe-plamya.html
glava-74-klikastaya-panda.html